Екатерина Шушковская

Современная поэзия

Просто жизнь. Глава 4.

В клинике меня представили, как сестру их сотрудницы. Романа, как моего мужа.Это было необходимо для того, чтобы его проверили срочно, быстро и бесплатно. Все уже медицинские процедуры стоили денег и немалых. Меня познакомили с руководителем отдела пульмонологии и она выписала все бумажки-направления на обследования. Очень милая и улыбчивая женщина. По мере того, как Роман ходил по кабинетам и по завершению рентгена, эта милая женщина перестала мне смотреть в глаза и её лицо было какого-то вишнёвого цвета. Мы разговаривали, она смотрела куда угодно, только не в глаза. Конечно, я почувствовала большую тревогу. Но я прекрасно знаю, что простуда, даже вялотекущая пневмония, что вполне может быть после отдыха на « югах» в нашем сыром климате, это не смертельно. Главное знать и вовремя начать лечение.
Далее мы пошли на «УЗИ». Я сидела и ждала. Роман вышел, довольный, что процесс идёт к завершению. Меня медсестра попросила зайти в соседний кабинет, якобы что-то ей помочь.
Я зашла и оказалась в смежном кабинете из которого вышел Роман. Врач оценивающе посмотрел на меня, теперь уже понимаю почему, и задал вопрос, муж ли мне Роман.
Пришлось говорить правду, т. к. на личные вопросы у меня ответов не было.
Врач сказал, что на почке есть новообразование. Доброкачественное или нет, может показать лишь дальнейшее обследование. Срочно надо обратиться к урологу. Для меня срочно — это сию минуту.
Как-то надо было сказать Роману. Как-то надо было «держать лицо», которого у меня уже и не было.
Результаты «Узи» я не могла дать в руки Роману, т. к. там помимо того, что всё было написано на тарабарском медицинском языке, по человечески, по- русски было в скобках написано слово (распад?)
Врач помог мне и сам сказал Роману, что советует ему пройти и уролога. Тут же я привела Романа к зав. Отделением урологии. Надо сказать, что все врачи, которые нам встречались не только отличные профессионалы, но и очень хорошие люди. Нет, не черствеет сердце человека, даже если человек каждый день встречается с бедой. Закаляется? Да.
Сначала Врач-уролог вызвал Романа. Потом и уже всегда я заходила к врачам и разговаривала с ними без пациента.
-Он же только кашляет. Я думала — это простуда. Каковы прогнозы и, что делать?
— Либо оперировать и удалять почку, либо отключать её, но обследование уже на предмет онкологии необходимо срочно- сказал врач.
Выходя из кабинета врача, я сияла улыбкой и знала, что уже не сниму её никогда при Романе. Главное его не испугать и не заставить нервничать.
Человек творческий, как правило очень раним. В нём эмоциональный порог гораздо выше, чем у нас «технарей». Это я видела и на детях, которые умеют чувствовать и реагировать тонким планом души на музыку, стихи, картины, события.
А событие убивало своей внезапностью. Я была не готова к такому повороту судьбы, что говорить о Романе. Нам осталось только сдать анализы крови и идти к врачу с результатами. Роман начал меня от себя под разными предлогами отправлять: то посмотрите там, то посмотрите здесь. Я поняла, что его что-то беспокоит. Он не хочет, чтобы я присутствовала под процедурным кабинетом.
Интуиция у меня, как у ведьмы, я сразу поняла, что либо он боится , либо ему бывает плохо при виде крови. Это у мужчин, надо сказать, часто встречается.
— Что, батенька мой, падаем в обморок при виде крови? Так вы- мужчины все такие. Других я и не встречала. Ничего тут уникального нет. Просто надо предупредить медсестру, чтобы брала анализ в лежачем состоянии объекта пристального внимания, или он переколотит при падении всё вокруг и около. А такой урон мы с вами наносить государственному учреждению не будем.
— Да, вот , понимаете, Екатерина Михайловна, как-то странно, мне право неловко, но это так.
Я смотрю, Роман успокоился. Он уже не нервничал, что не великим героем будет передо мной. А этот случай мне помог в дальнейшем. Врач-уролог (по моей настойчивой просьбе ) сказал каковы наши прогнозы.
-Полгода. Либо задохнётся от того, что лёгкие полностью не открываются, либо почечное кровотечение.
Срочно обследоваться и скорее всего оперироваться.
Результаты по обследованию Роману отдавать я не могла, чтобы он не прочёл это единственное , но понятное слово (распад?), срочно надо было мне остаться одной с его бумагами и что-то делать.
Заканчивался короткий рабочий день перед Октябрьскими праздниками (старшее поколение помнит ещё это).
Я соврала Роману, что надо по магазинам — «отоварить» холодильник, он может ехать домой, а бумаги будут у меня, чтобы он не потерял. Не доверяю. Он тоже уже хотел , думаю, остаться один. Уролог ему сказал, что , видимо у него на почке киста и, возможно, предстоит операция. Держался Роман молодцом, но я понимаю, если человек боится анализа крови, то всё очень проблематично будет при любых медицинских мероприятиях.
Роман уехал. Я понимала, что надо срочно проконсультироваться у онкологов и сразу поехала на Песочную. В этом пригороде находится институт Онкологии и там я надеялась найти специалистов.
И поликлиника и лечебный корпус в одном здании. Мне пришлось идти прямо без обуви, бахилы тоже уже не продавали. Рабочий день был окончен. Я прошла в лечебный корпус. Пошла сразу на этаж, где размещалось пульмонологическое отделение. Меня, кажется, вела толи судьба, толи интуиция, но я шла верно.
На пятом этаже была полная тишина. Я прошлёпала по коридору, вчитываясь в надписи на дверях кабинетов.
Куда бы я не стучала, никто меня не приглашал, пыталась открыть двери — закрыто. Люди закончив своё дежурство ушли. Где новое поступление медперсонала неясно. Повезло. Дверь с табличкой профессора Лебедева В.Г. была открыта. Сразу скажу , фамилия я изменила, люди и сейчас работают, не будем им мешать. Я постучала уже при открытой двери. За столом сидел уставший человек и рассматривал под светом настольной лампы рентгеновские снимки и какие-то бумаги. Он поднял голову, пригласил меня войти. Надо сказать, это было излишне. Я бы вошла при любом его ответе.
Я поздоровалась и категорично заявила ему, что сейчас мы будем знакомиться и наше знакомство продлиться весьма значительное время. Вид мой был «на море и обратно», после проведённого дня со всеми переживаниями, походами по врачам, театра перед Романом и без обуви.
Но врач, профессор, а это был сам хозяин и кабинета и отделения , слава Богу, был Человек , я не опечаталась. Он был и есть человеком с большой буквы.
Я своей скороговоркой выпалила ему всю историю, выложила все результаты и сказала, то, что и было на самом деле. Роман был удивительный человек. Столько ребят он выучил и отдал в военные оркестры служить. Все они могли погибнуть на Кавказе в первый же день. Тогда ребят отправляли туда воевать. Никаких «благодарностей» он никогда не принимал и оскорблялся, если кто-нибудь из осчастливленных матерей хотел, как-то отблагодарить. Он заявлял, что Родина всех их «духовиков» бесплатно кормила, поила и обучала. Он только частично возвращает долг стране.
Всё, что я могла, я высказала врачу и добавила, что мы все для этого человека сделать готовы что угодно, только бы его спасти, но мы не профессионалы. Профессионал он и он должен нам помочь . Он молча меня выслушал. Взял мои все бумаги и снимки и сказал: « Везите ко мне своего замечательного и удивительного человека. Будем обследовать и назначать лечения. Сами понимаете, мы – врачи, мы не волшебники. Давайте свой телефон. После праздников и после «пятиминутки» ( так врачи называют свои диспетчерские сходки) — я Вам позвоню. Договорюсь с профессором урологии о консультации. Он и мой лучший друг, и если уж он не сможет что-либо сделать, то в этом городе никто больше и не сможет.
Я готова была задушить в объятиях этого врача. Но он должен был быть цел и невредим. Мы попрощались и я пошла воссоединяться со своими скороходами.
Я уехала домой.

Продолжение следует.